вторник, 28 апреля 2009 г.

Ф Э Д (ХОРРОР)

Двое молодых людей Пит и Дики поздно ночью, возвращались из бара. Там они употребили изрядное количество коктейлей и прочих напитков. Передвигая с большим трудом свои непослушные ноги, которые так и норовили зацепиться за что-либо или попасть в очередную выбоину подвыпившие друзья шли, а вернее еле тащились по тёмной, ночной аллее.

Почти выдохшись, из последних сил, коих совсем не осталось, как только мог, Дики поддерживал совсем сникшего Пита. Будучи богатырского телосложения и в несколько раз сильнее своего друга – он был постоянным его спутником по питейным заведениям и прочим увеселительным местам. Друг, зная это – нагло эксплуатировал своего товарища и, бесцеремонно наваливался на его широкие и надежные плечи. Будучи уже изрядно выпившим, а точнее пьяным, Дики, чувствовал всю свою ответственность не только за себя, но и, за своего друга.

Пройдя довольно приличное расстояние, Дики, уставший до полного изнеможения, ещё издалека, заметил скамейку и, предвкушая долгожданный отдых, собрал остаток своих сил, поволок своего друга к этой скамейке. Вместо благодарности Пит - грубо ругался и выражал своё недовольство. Дики с большим трудом усадив своего друга на скамейку, распрямился и, сделав глубокий вдох облегчения – наконец-то и сам уселся возле него.

Вконец уставший и обессиливший Дики сев на скамейку упёршись головой о спинку скамейки стал приводить себя в порядок. Со лба к его вискам стекали капельки пота, и он будто умываясь – то и дело смахивал их с лица.

От выпитых накануне коктейлей и напитков в мозгах творилось непонятно что, в голове гудело и шумело, ощущения в области темечка напоминали долбление отбойным молотком по полотну асфальта, в глазах двоилось, а во рту ощущался отвратительный привкус.

Желудок также давал о себе знать неприятными ощущениями и позывами, его содержимое никак не желало уживаться со всем организмом и неудержимо просилось наружу.

Позывы были настолько сильными, что Дики не смог их сдержать и, всё, что было выпито и съедено за этот долгий и нудный вечер, наконец, выплеснулось.

И, вот, наконец, пришло долгожданное облегчение. Дики показалось, что он обрёл второе дыхание и с этим новым дыханием новую жизнь.

Состояние его друга было по-прежнему отвратительным. Убедившись, что друг прочно обосновался на этой скамейке, Дики, понял, что их дальнейшее передвижение невозможно и, решил остаться с ним до тех пор, пока к другу не придёт сознание.

- Хорошо, что сейчас лето, - себе под нос сердито пробурчал Дик.

Переплетя пальцы рук и, положив их на затылок, поддерживая запрокинутую назад голову, он с любопытством начал изучать ночное звёздное небо.

Оно было великолепно! Мириады мерцающих точек-звезд на чёрном ночном небе были похожи на россыпи бриллиантов на бархате роскошного вечернего платья очаровательной женщины. Всё это великолепие венчала корона огромной полной Луны. Ночное Солнце было несказанно прекрасно, ослепительно и великолепно.

От этого великолепного зрелища у Дики перехватило дыхание. Из-за постоянной своей занятости и суматошного образа жизни у него совершенно не оставалось времени на то, чтобы замечать всю эту небесную красоту далекого, неизведанного и холодного Космоса.
Было бы еще прекрасней, если бы не пьяное сонное ворчание друга, которое иногда переходило на храп, стон и будто детское всхлипывание.

- Наверное, черти его пытают, - раздражённо подумал Дик, - надрался как скотина, а мне, вот теперь, сиди и сторожи его. Сейчас я бы уже десятый сон видел. Лежал бы себе в уютной кроватке, а не на этой жёсткой скамейке. Всё! Я с этой пьянью, по кабакам не ходок. Надоел! Пусть теперь без меня куда хочет, туда и ходит.

В своих мыслях в адрес пьяного друга, Дики, посылал, какие только знал и придумывал проклятья. При этом большинство синонимов относилось к миру животных.

Так, любуясь небесной феерией необыкновенной красоты и ругаясь, Дики, совершенно не заметил, как перед ним возникла прекрасная незнакомка. Отведя свой восхищённый взор от блистающих небес, он от неожиданности даже вздрогнул.

Точёный стан девушки был освещён лунным светом и, казалось, что он этот свет ласкает его. Незнакомка была невероятно красива. Сквозь прозрачную ткань одежды была видна красивая высокая грудь. Густые длинные волосы тугими локонами каскадом ниспадали по открытым молочно-белого цвета плечам. На бледном, почти белом лице, будто угли - светились большие миндалевидные глаза. Зрачки этих глаз были похожи на два огромных рубина и, казалось, что они излучают свет самого Ада. Пухлые, алые губы были слегка приоткрыты и, за ними виднелся ряд жемчужных, ослепительно-белых зубов.
Прекрасная незнакомка стояла перед, сидевшим на скамейке Дики. Он заметил, что эта ночная фея его изучает и, будучи в душе джентльменом, первым нарушил эту ночную идиллию:

- Дик, - протянув руку, коротко представился он.

Девушка хищно взглянула на него, улыбнулась и, нехотя, лениво, так же, коротко произнесла:

- Фэд.

Это имя парню, показалось весьма странным. Он никогда не слышал такого необычного имени.

Незнакомка, казалось, читала все его мысли и, плотоядно улыбнувшись – ещё ближе подошла к нему. Когда девушка подошла довольно близко - он уловил странный и неприятный запах плесени и гнилых досок. Красота незнакомки затмила разум мужчины, и он подумал, что этот запах могилы ему только кажется.

Весь вид красавицы не предвещал опасности, и, казалось, не нёс никакой угрозы для его жизни. Но, это только казалось.

Потеряв всякую бдительность, осторожность и чувствуя запах гнили, плесени и ощущая холодок, который исходил от девушки, Дики не был явным предупреждением о грядущей для него катастрофе. Он даже не предполагал, что эта катастрофа и смертельная опасность так близка, что сама СМЕРТЬ пришла за ним в этом прелестном облике. Только внезапно возникшая похоть и непреодолимое желание обладать этой прелестницей затмевало его начинающий трезветь разум.

Фэд подошла еще ближе, почти вплотную, так, что восхищённый взгляд мужчины был обращён в вырез глубокого декольте её блузки. Он был весьма удивлён такому решительному и фривольному поведению незнакомки и от удивления открыл рот.

Это было последним движением и вздохом в его короткой жизни.

Незнакомка сделала резкое движение и крепко, словно тисками, схватила Дика руками за голову. Тугие локоны её волос тут же превратились в клубок извивающихся шипящих змей, которые обвились вокруг шеи несчастного так, что тот не имел никакой возможности сделать вдох или выдох.

Змеи своими телами всё туже и туже стягивали горло несчастного. Когда Дик, уже почти задыхаясь, сделал попытку глотнуть воздуха - открыл свой рот ещё шире.

Этого-то момента Фэд и дожидалась. Она прильнула своими пухлыми губами ко рту бедолаги и, выпустила на свободу свой раздвоенный, змеиный язык. Он проникал всё глубже и глубже, разрывая изнутри плоть Дики. Язык стремился к одной единственной цели – сердцу и, достигнув её – оторвал этот жизненно важный орган от артерии, а уж затем выдернул его наружу.

Сердце было ещё живое, оно билось и сокращалось и после очередного сокращения, из его недр выталкивалась порция крови. Язык положил это средоточие жизни на ладони Фэд. Держа обеими руками ещё пульсирующий орган - она наслаждалась проделанной работой. Поглаживая и облизывая его языком – созерцала, как из этого нежного комочка уходит жизнь.

Досыта налюбовавшись красотой смерти – отгрызала от лакомой добычи своими острыми, как лезвие зубами кусок за куском. Руки, лицо и одежда Фэд были обагрены кровью несчастной жертвы.

Когда был съеден последний кусок, посол самой Смерти, облизав обагрённые кровью руки – Фэд подошла к, уже мёртвому Дики и в последний раз склонилась над ним, затем запустила руку в широко раскрытый рот и, напоследок - вырвала язык. Повертев перед собой этим окровавленным кусочком человеческой плоти - удовлетворённо улыбнулась и, также, отправила его в рот.

Фед посмотрела на небо. Звёзды начали понемногу гаснуть, и она поняла, что её время истекло. Она словно призрак растворилась в предутреннем тумане. Исчезла она так же неожиданно, как и появилась.

Проснулся Пит только под утро. Его разбудил шум толпы, которая плотным кольцом окружила скамейку, на которой он провёл эту ночь. Потерев кулаками заспанные глаза, преодолевая жуткую головную боль – посмотрел в сторону друга. То, что он увидел, привело его в состояние сначала ступора, который перешёл в шок.

У его друга в остекленевших глазах запечатлелся ужас, лицо застыло в гримасе невероятной боли и страдания. Открытый рот – был самым ужасным зрелищем, которое можно было увидеть только в кошмарном сне. Во рту были сгустки запёкшейся крови и, над ним вился рой больших жирных мух.

Они с жужжанием садились на мёртвые синие губы, мерзко ползали по ним, затем заползали внутрь рта и, напившись досыта крови, тяжело взлетали, с трудом поднимая крыльями свои жирные, накормленные до отвала тела - улетали прочь. На их место тут же прилетал новый рой этих отвратительных насекомых.

Всё это жуткое зрелище ввергло, Пита в состояние шока, и он тут же потерял сознание.




Елена Кравец