понедельник, 21 сентября 2015 г.

Бутылка превращается в скамейку

В городе Арамиль из отходов делают скамейки, плёнку, решётки и брёвна. 

Предприятие делает из выброшенных на свалку игрушек, бутылок, различных обломков и тех же ненужных мусорных контейнеров разноцветные пластиковые скамейки, беседки, детские горки, колодцы, газонные решётки, а также плёнку и пакеты. 

Заводом руководит Андрей Сазонов – в прошлом солист и дирижёр оркестра. В лихие 90-е он ушёл из музыки и занялся производством плёнки. Про себя он говорит: "Куда там бегут эти молекулы, я понятия не имею. Всё добивается методом "тыка". Теория очень сильно расходится с практикой". 

– От производства оставались чистые отходы, и их решили вовлечь опять в оборот. Потом был сделан моечный комплекс, и стали принимать отходы с помоек, – делится с E1.RU Андрей Сазонов. 

Сам завод действует с 2000 года, а отходы перерабатывать начал в 2002-м. Производство начиналось с двух станков по изготовлению плёнки. Только полтора года назад у предприятия появилась своя земля, на которой можно было разместить цеха. Раньше завод арендовал помещения, но потом прежний губернатор Свердловской области Александр Мишарин выделил земельный участок – на нём и разместилось производство. 

Внешне завод отличается от соседей: нет привычной охраны, ворот и "колючей проволоки". Заезжаешь по указателю и попадаешь на площадку, где расположена небольшая парковка, разноцветные коробки цехов и готовая продукция – штабеля решёток, "досок", "брёвен" и "кругляшей". Все здания – разноцветные. Офис Сазонова, например, находится в здании оранжевого цеха: в нём же и производится плёнка. 





Пластмассовые отходы завод закупает на мусоросортировочном заводе в Екатеринбурге. Кроме того, ненужную плёнку сюда привозят из торговых центров, складов, предприятий, с помоек. Сырьё предприятие покупает по цене от 4 до 12 рублей за килограмм в зависимости от степени загрязнения. Не принимаются мешки из под сухих строительных смесей, ядохимикатов, извести, графита, канистры из-под масла, ядовитых химикатов и масляной краски. К слову, своего полигона в городе Арамиль нет, мусор вывозят в Сысерть и соседние деревни, поэтому, как, говорят заводчане, к ним попадает сырьё с помоек. 





Мешки с бутылками, обломками, игрушками, флаконами и пузырьками устанавливают возле сортировочной машины в левой части цеха. 

– Единственная на Урале самая умная машина. Здесь я задаю программу, что мне нужно отобрать по цвету, химсоставу, и она автоматически отбирает то, что надо. Что не надо – на транспортёр, – говорит Андрей Сазонов. 





Сам цех и детали агрегата отделаны таким же пластиком, сделанным из отходов. 

– Это безопасность для работников, поскольку пластиком отделаны перила над агрегатами, а бруски заменяют транспортировочную ленту, – объясняет директор. 

Отсортированный пластик попадает в другой станок: здесь его дробят, промывают и превращают в гранулы. Эти самые гранулы и есть сырьё для остальной продукции. 





Станок, на котором заводчане делают детали для будущих домиков, песочниц, скамеек, площадок для выгула собак, решёток и всего, что душа желает, Андрей Сазонов просит не снимать на камеру: "Это у нас секретное производство", – то ли в шутку, то ли всерьёз объясняет он. Этот станок, как позже пояснил журналистам E1.RU директор завода, он привёз из Европы и модернизировал, поэтому его можно назвать собственной разработкой. 

– Берём пластик, раздробили, помыли, и на станке идёт заливка в формы, добавляются красители, охлаждается, – описывает весь процесс производства Андрей Сазонов. 

По желанию заказчика на агрегате можно отлить детали любой формы, длины и цвета. Надо только задать программу. В этом же цехе на готовую плёнку рабочие наносят принт-рисунок. 





Плёнку делают на экструдере – машине, которая продавливает полимеры через профилирующий инструмент и придаёт им форму. Рабочие засыпают гранулы в воронку экструдера, затем сырьё идёт по трубам, плавится, из него вытягивается длинный "пузырь", и затем его отправляют в охлаждающее устройство. И уже оттуда ровным слоем выходит новенькая плёнка, и сотрудники цеха сматывают её в бобины. Пластик из вторсырья не используется для упаковки пищевых продуктов и в качестве посуды (тарелки, вилки, ложки, кружки). 

Готовую продукцию продают предприятиям по всей стране. А после использования она зачастую снова возвращается в Арамиль – в виде будущего сырья. 

– Этот наш свердловский мусор расходится по всей стране. Вот эта плёнка отправится в Марий Эл! – не без гордости говорит Андрей Сазонов. 





– Кто покупает ваши пластиковые "поленья"? – интересуемся у директора. 

– Да кто угодно. Весной из дачников выстраивается очередь за два месяца вперёд. Делают из них детские площадки, спортивные городки, песочницы, скамейки в торговых центрах стоят. Да всё, что угодно. Материал не выгорает и не гниёт. Его потом можно также снова переработать, – отмечает Сазонов. 



Скамейки, сделанные на мусороперерабатывающем заводе, стоят в торговых центрах Екатеринбурга.



Как отмечает директор мусороперерабатывающего завода, чтобы полностью избавить Екатеринбург от свалок, нужно построить механизированную линию по мусоросортировке (а не ручную, как на Широкореченском полигоне), а затем выставлять отсортированные отходы на продажу. Эти отходы и есть вторсырьё – те же самые доходы. Туда могли бы приезжать из перерабатывающих заводов по профилю (металл, бумага, пластик) и покупать их. 

– Мусоросжигательный завод – это прошлый век. В Европе они все дотационные, – добавляет напоследок Андрей Сазонов. – Я из 1 килограмма отходов получаю от 700 до 900 граммов продукции, зависит от степени загрязнённости. В среднем – производим около 100 тонн пластика в месяц. 

– А само производство окупается? 

– Я затрудняюсь по цифрам назвать точную сумму "вложили – получили" – сложно посчитать за 15 лет. Всё, что получили, – вкладываем в "железо", чтобы двигаться дальше. Предстоит ещё забор поставить, заасфальтировать, цех построить, планов на развитие громадьё. 





Фото: Илья ДАВЫДОВ / E1.RU