четверг, 24 сентября 2015 г.

Жители калмыцкого села борются с наступлением пустыни

 (Фото:Виктор Погонцев/РГ)
Большая песочница


В Калмыкии обострилась проблема опустынивания земель. На недавней встрече с президентом глава республики Алексей Орлов упомянул о жесточайшей засухе, которая продолжается уже седьмой год. А по словам местных жителей, из-за изменения климата пески все активнее наступают на населенные пункты. В один из таких поселков отправился корреспондент "РГ".
На краю пустыни

Административный центр Черноземельского района, поселок Комсомольский, уже не один десяток лет противостоит песчаной угрозе. Пока райцентр держится, превратившись в оазис среди великой суши.
Дорога к поселку тянется сквозь выжженную степь. В машине на полную мощность работает кондиционер, а за пределами салона - доменная печь. Под ярким солнцем сверкают белые, словно присыпанные снегом, солончаки. Кое-где видны желтые песочные языки. Так далекие барханы, предвестники наступающей пустыни, нащупывают себе дорогу.
На въезде в Комсомольский, словно крепостные ворота со сторожевой башней, стоит пагодообразная арка. Дальше, за аркой-воротами, - дома, деревья, зелень, тень... В райцентре живут около 5300 человек. При этом в радиусе 50 - 60 километров нет источников пресной воды. Из местных колодцев вода давно ушла, и сейчас она поступает сюда по трубопроводу из Левокумского месторождения в Ставропольском крае. К этой ниточке жизни поселкового оазиса здесь особое внимание.
- Трубопровод строился еще полвека назад. Он сильно обветшал, начались большие потери воды, а ее качество сильно ухудшилось. Набираешь в ведро, а там оседает слизь. Пришлось потратить на реконструкцию 97 миллионов рублей из местного бюджета. По-другому нельзя: если в Комсомольском не будет воды, никому уже не понадобятся ни дома, ни инфраструктура, ни больницы с детсадами. Все поглотят пески, - рассуждает глава поселковой администрации Санал Мукабенов.
Пустыня на поселок наступает не только из-за климатических изменений, но и из-за непродуманной хозяйственной деятельности человека. Экстенсивное животноводство не дает степи восстанавливаться. Домашний скот подчистую выедает и вытаптывает и без того скудную растительность. Еще одна беда - степные пожары. Огонь выжигает сухую траву, а ветер сдувает беззащитный плодородный слой.
Выезжаем на границу пустыни. Пекло, песок и какие-то хиленькие кустики, чудом за него уцепившиеся. Идем между барханов, оставляя цепочку следов, которую тут же заметает ветер.
- Территория района - 1,4 миллиона гектаров. Из них около 300 тысяч - открытые пески с барханами до двух метров. Деградирующие земли, на которых практически не осталось пастбищ и которые тоже могут превратиться в пустыню, - еще 400 - 500 тысяч гектаров. Песок продвигается на 300 - 400 метров в год. Вон там еще несколько месяцев назад была степь, а теперь вырос бархан, - рассказывает наш проводник Евгений Эрдниев, директор комсомольского лесхоза, созданного специально для борьбы с опустыниванием.
Лесхоз, конечно, выращивает здесь не леса. Ставка делается на засухоустойчивый джузгун, способный расти на открытых песках. Неказистые кустики на барханах и есть тот самый спасительный джузгун.
- Это особенное растение. Даже если его ветром выдует из песка, оно закрепится снова и сможет питаться за счет одного-единственного корешка, - директор лесхоза показывает на тонкую длинную нить, удерживающую на бархане похожий на перекати-поле куст. - Мы высаживаем джузгун поперек господствующих ветров, так, чтобы он останавливал движение барханов. Видите, возле каждого кустика образуется бугор, и дальше песок уже не идет.
Семена джузгуна завезли в Калмыкию из Средней Азии. Теперь их выращивают в орошаемом питомнике. Полученные 40 - 50-сантиметровые веточки сажают в песках на расстоянии 5 - 7 метров друг от друга. В 80 - 90 годы джузгуном засеивали по пять тысяч гектаров. Теперь финансирования едва хватает на посев 200 - 300 гектаров.
Джузгун меняет пустыню до неузнаваемости. Несколько лет назад, когда двух-трехметровые барханы подступили к самой окраине Комсомольского и начались песчаные бури, только это растение и спасло поселок.
В гости через забор
- Знаете, как было? Едешь из Элисты, поселка не видно, только облако пыли стоит, - вспоминает Санал Мукабенов. - Ветер не стихал, и Комсомольский постоянно находился в песчаном тумане. Мы в нем жили, росли. У многих начались заболевания дыхательных путей. Жара стоит, а форточки закрыты, иначе песок и комнаты засыплет. К нам даже исследователи из Европы приезжали. Говорили, что наш песок долетает до Франции.
С тех пор в Комсомольском появилась невеселая шутка: "У нас ветер с песком дует только два раза в год: полгода с востока и полгода - с запада". Наступающая пустыня даже отвоевала у поселка целую улицу: несколько подворий засыпало так, что люди покинули дома. Теперь от этой улицы ничего не осталось.
- Еще дорогу постоянно засыпало, - продолжает Евгений Эрдниев. - Только расчистишь путь, а бархан снова накрывает асфальт так, что не проедешь. У нас специально дежурили трактор, погрузчик, бульдозер и самосвалы.
Против песков боролись всем поселком. Несмотря на жару и песчаные бури, люди добровольно выходили на субботники. В будни предприятия и учреждения работали по полдня, а после обеда все сотрудники шли защищать Комсомольский. К работе привлекали детей. Их задача заключалась в сборе семян джузгуна.
Все-таки остановили пустыню. Пески превратились в степь. В тени разросшихся засухоустойчивых кустов поднялась трава. Теперь здесь пасется скот и отдыхают люди. Подобная метаморфоза удивила даже ученых.
- Однажды приехала делегация специалистов из ЮНЕСКО. Посмотрели, как мы боремся с пустыней, пофотографировали и уехали. Через три года приезжают снова. Просят: покажите результаты. Мы показываем. Они смотрят на разросшийся джузгун и траву под ним и не верят, - улыбается Евгений Эрдниев.
Без лопаты - никуда
И все же борьба еще не закончена. Поселок, потерявший целую улицу, лишь чуть отодвинул пустыню от своих границ, но не избавился от опасности.
К крайним домам Комсомольского подходим пешком: машина буксует в песке. Он скрипит на зубах, сыпется под ногами. Возле забора - бархан. Как рассказывают местные жители, от песка не спасают даже металлопластиковые окна.
- Привыкли уже, - пожимает плечами жительница поселка Надежда. - Плохо только, что белье на улице не высушишь - все в песке будет.
- Раньше очень страшно было, - признается продавщица местного магазина Нина. - Ветер - жуть, песок столбом. Дворы засыпало так, что двери в доме не открывались. Приходилось лезть в окно и откапываться. Машины на дорогах застревали. Никто без лопаты никуда не выезжал. Последние пару лет опять началось: ветер и песок, песок и ветер.
- Зато песочница рядом ого-го какая! - улыбнулся мне на улице веселый пацаненок.
Песок из пустыни приятный на ощупь, мягкий, сыпучий, очень-очень мелкий, почти как пыль. Интересуюсь, можно ли использовать его в строительстве.
- Нельзя, - качает головой Санал Мукабенов. - Специалисты уже брали пробы. Такой песок не подойдет ни для стройки, ни для производства стекла.
Единственная польза от барханов в окрестностях Комсомольска - это проложенный здесь маршрут авторалли "Шелковый путь". Кроме того, несколько лет назад местным пустынным ландшафтом заинтересовались американцы. Калмыкию они тогда рассматривали как возможный полигон для тренировки десантников перед отправкой в ближневосточные пустыни. Впрочем, позднее от этого проекта США отказались.
Кстати
Комсомольский - не единственный населенный пункт, граничащий с пустыней. Пески охватывают поселок Утта Яшкульского района. В Утте живут 850 человек и находится самый высокий ретранслятор в Калмыкии. А еще здесь расположены пустынные колодцы с удивительно вкусной водой: песок очищает ее лучше любого фильтра. Во время войны в Утте действовало негласное перемирие: и немцы и красноармейцы могли безбоязненно ходить к колодцам. А в советские годы из местной воды даже делали пиво и лимонад. Говорят, продукция из пустыни пользовалась большой популярностью.