вторник, 12 января 2016 г.

Чем грозит славному морю строительство крупных ГЭС на Селенге?


В ожидании "Черного лебедя" 


Озеро Байкал
Перед Байкалом новые испытания: опять недобор воды, ситуация как и в 2015-м: кто виноват - природа или человек? А тут еще соседи подбросили задачку: отдать или прибавить озеру? Речь идет о строительстве в Монголии на реке Селенге двух крупных ГЭС. (Пока, правда, одной, но лиха беда начало.) Селенга - основной поставщик воды в Байкал, она часть его природного комплекса.
Какой приговор будет вынесен экспертами? Породит еще одну проблему с непредсказуемыми последствиями для заповедного озера, находящегося под охранным зонтиком ЮНЕСКО и российских законов?
Сегодня эта работа подходит к концу. К ней привлечены многие институты Сибирского отделения РАН, университеты со всеми своими научными подразделениями, другие научные учреждения. Хотя, конечно, принимать решение будут не они, а власть.

По моим сведениям, если коротко, все они дают неоднозначную, осторожную оценку проектам, больше склоняясь к простому варианту: лучше бы этих проектов не было. С водой не шутят - жизненно необходимый ресурс, без которого невозможна сама жизнь на земле, нынче в остром дефиците. Это всем однозначно ясно, тут никаких разногласий и разночтений нет. Они возникают в деталях, в которых, всем известно, и прячется нечистая сила.
Какое заключение дают Лимнологический институт и его экс-директор академик М. Грачев?

Уйти, но не расстаться

Байкал живет в своем времени, в котором оно измеряется не часами, не годами, а геологическими периодами, считают ученые, что подбирают ключи к байкальским загадкам.
И что из этого следует?
Позвонил в Иркутск академику Грачеву в Лимнологический институт - он со своей командой как хранители байкальского времени все узнают об озере первыми, фиксируют и эти добытые своим трудом знания отдают нам, чтобы и мы знали, с чем (кем) имеем дело.
Не отвечает академик.
Через час повторил вызов. Мне Михаил Александрович был нужен позарез.
Не отвечает. Странно...
Позвонил по номеру его супруги, всегда корректной, доброжелательной и знающей, как, в случае чего, тебе помочь, - Елене Валентиновне.
- Михаил Александрович на месте... - замялась она малость и добавила: - на рабочем месте, наверху.
Что-то в ее голосе, всегда жизнерадостном, встречном, было не так, и я не стал говорить, что не отвечает, мол, директор, потому, извините ради бога, вас беспокою.
- Что-то не так?
Елена Валентиновна после паузы, короткой, едва улавливаемой, повторила:
- Он на месте, ответит.
Грачев и правда теперь ответил сразу. Как огорошил:
- ...А я уже и не директор... В отставке... По собственному желанию.
- А с какой стати? - обалдевший от новости выпалил я.
- Годы. Перед возрастом никто не властен, - отвечает Михаил Александрович.
Глупый, конечно, вопрос: какое теперь это имеет значение? Хотя, с другой стороны, смена власти в академическом, специально созданном для Байкала научно-исследовательском институте в период, пожалуй, самый трудный и ответственный для озера - пятый год его прибрежные воды атакует агрессивная, всех оттесняющая спирогира, непобедимая водоросль - быть может, пришелица из тьмы веков, воскресшая на дрожжах неочищенных стоков, сдобренных фекалиями, которые сбрасывают расплодившиеся базы "туристско-рекреакционного типа" (больше похожие на становья батыевых кочевников) на берегах священного Байкала, зачастую прямо у уреза воды. Но кто-то сомневается: в этом ли причина? Институту надо ответить четко и ясно, отчего расплодилась спирогира?
Если труженик Байкала, ученый, который вложился в озеро всем своим научным капиталом, оказывается отработанным для науки ресурсом и его отпускают на вольные хлеба, как бы намекая: и без тебя обойдемся, отдохни, дорогой, от дела первоочередной важности не только для него, но и для всех нас, возникает вопрос: а тот, кто придумал и реализует такое хотение, руководствовался чьими интересами? Если академик сам так захотел - Бог ему судья. Но он ли? Мысль ученого бессмертна. Даже и после него мы ее эксплуатируем в свою пользу. Она, вполне вероятно, останется ресурсом и для поколений.

Мы на лодочке катались...

Михаил Грачев один из таких, со знанием глубинных процессов, оберегающих живой Байкал. Или грозящих ему бедами. Со своей командой, которую возглавил в 1987 году по поручению легендарного организатора сибирской науки академика Валентина Афанасьевича Коптюга; ищет ответы вот уже почти 30 лет. И находит, опережая время и удивляя гениальной простотой своих ответов. Он так же нужен Байкалу, как и Байкал ему. Они - не разлей вода.
Академик М.А. Грачев почти тридцать лет служил Байкалу верой и правдой. Продолжение следует.
Мало кто знает, что однажды академик, член президиума РАН и руководитель экологической комиссии Совета безопасности России Николай Павлович Лавёров, и он, академик, директор Лимнологического института СО РАН Михаил Грачев, оказавшись "в одной лодочке", по выражению Лавёрова, на Байкале с президентом Российской Федерации Владимиром Путиным, выложили перед нашим президентом все аргументы: что произойдет с великим озером планеты, если нефтяную трубу проложат по тому маршруту, на котором настаивает тогдашний глава "Транснефти" Вайншток.
Результатом этой неслучайной прогулки по Байкалу стала та фраза, которая потом превратится в поговорку:
- Сделать так, как сказал Николай Павлович Лавёров.
И "дамоклова" труба была отодвинута от Байкала на 400 верст. Это решение было в интересах России и ее народа.
Михаил Александрович Грачев сердечно поздравил Лавёрова по этому поводу и забыл. Никому и намеком не обмолвился о своей роли в этом историческом перспективном решении, которому реальную оценку даст крадущийся по планете водный голод.
И я у знал о ней не от него, а от Лавёрова. На заседании президиума РАН 18 ноября 2014 года с отчетом о байкальских делах института выступил Грачев. Говоря о нашествии спирогиры на солнечное прибрежье озера, подчеркнул: это крупномасштабное изменение экосистемы Байкала. А если говорить точнее, всей его прибрежной мелководной части. Чего не случалось ни разу. Даже во времена эксплуатации целлюлозно-бумажного комбината. ("Российская газета" рассказывала, как бьется с этим нашествием весь коллектив института.)